Форум ОНУ

Гость


Автор Тема: ГРУППОВОЕ СОЗНАНИЕ РОССИЙСКОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ В ИСТОРИКО-ПСИХОЛОГИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ  (Прочитано 4798 раз)

Оффлайн Ekaterina Bakshutova

  • Абитуриент Форума
  • Сообщений: 1
  • Репутация 0
УДК 159.9.07

Бакшутова Екатерина Валерьевна - к.псх.н., доцент
докторант
Поволжская государственная социально-гуманитарная академия

ГРУППОВОЕ СОЗНАНИЕ РОССИЙСКОЙ ИНТЕЛЛИГЕНЦИИ В ИСТОРИКО-ПСИХОЛОГИЧЕСКОМ КОНТЕКСТЕ

Аннотация: [cenzored]изируется феномен интеллигентского сознания в историко-психологическом контексте конфликта национальной ментальности и индивидуалистического самосознания представителей группы; обосновывается необходимость психологической рефлексии группового сознания интеллектного слоя российского социума, выполняющего функции смыслотворенияи социального проектирования. Предлагается авторская концепция структуры интеллигентского сознания, образующие которого представлены уровнями смыслов, со-значений и значений, а основным системообразующим механизмом является конфликт.
Ключевые слова: интеллигентское сознание, структура, системообразующие свойства, отношения и элементы сознания интеллигенции, ментальный конфликт.

Не только для психологии, но и для всех социальных и гуманитарных наук важно понять тот механизм, который не только возвращает массовое сознание на уровень предшествующей эпохи, но и приводит к утрате/искажению многих его феноменов за период трансформаций; понять, насколько ориентация на «классические» образцы построения гражданского общества применима к российским условиям. Обзор исторической ретроспективы модернизационных процессов в нашей стране показывает, что данный механизм уже был задействован в нашей истории, и приводил к весьма трагической необходимости и жестоким средствам преодоления исторической, социальной и психологической разобщенности социума.
Именно историко-психологический [cenzored]из позволяет «выявить и изучить исторический генезис многих важных социально-психологических явлений и феноменов психической жизни человека нашего времени» [3, с.12], и именно он позволяет высказать предположение, что воспроизводство тупиковой стратегии развития общества связано с тем, что в попытках преобразования используются чуждые аутентичной культуре (традиции) способы описания, категоризации и управления объектами и собственной деятельностью. Ключевой фигурой в выборе парадигм изменения российской реальности выступает интеллигенция. Основные функции интеллигенции как большой социальной группы, не свойственные другим общностям – ценностно-смысловая регуляция жизни социума и социальное проектирование. Данные функции характеризуют интеллектный слой во всех обществах периода и культурного ореола Модерна. Однако интеллигенция в России обладает операциональным критерием, отличающим ее от сходных понятий «интеллектуалы», «специалисты», «профессионалы» и т.п. в других странах – незавершенность и антиномичность дискурса идентичности, обусловленного конфликтом самосознания представителей группы и связанным с ним противоречием проектных установок. В связи с этим: а) в отличие от других стран, в России интеллигенция не изживается с наступлением постмодерна и б) интеллигенция обладает специфической, по сравнению с другими большими социальными группами, идентичностью: не имея отчетливых критериев самокатегоризации индивидов по отношению к данной группе на протяжении всей своей истории, в период глобального кризиса социальной идентичности всех видов и уровней (этнической, национальной, возрастной, гендерной и др.), интеллигенция в настоящее время – единственная группа, обладающая идентичностью, то есть, антиномичность и неустойчивость идентичности обеспечивает ее стабильность.
Системообразующим социально-психологическим механизмом, обеспечивающего длительность существования группы, и поддерживающего интеллигентский дискурс на протяжении десятилетий, является конфликт группового сознания и группового самосознания. Конфликт может быть представлен в виде многоуровневой модели противоположных аспектов активности группы – от самосознания до социальных практик. В целом, конфликт и самосознания, и социального проектирования интеллигенции реализуется в диапазоне «консерватизм – радикализм», что а) на философском уровне представлено как антиномия идей традиционализма – рационализма (т.е. социальное устройство осуществляется либо «по вере» с опорой на нерефлексируемую традицию, либо рационально, умышленно планомерно, без учета исторической традиции); б) на социально-политическом уровне выражается как оппозиция стратегий этатизма – либерализма (либо социальная субъектность принадлежит исключительно государству, либо разделяется индивидами на уровне личной ответственности); в) на социально-психологическом уровне реализуется как конфликт установок разрушения – созидания и сохранения (смыслов, ценностей, культуры, общества, политического строя); г) на личностном уровне представлен как противоречие ценностно-смысловых ориентаций экзистенционализм – моральный утилитаризм. Каждый из уровней имеет свое содержание, динамику, но представляет собой открытую систему, взаимосвязанную с другими уровнями.
Интеллигенция, обладая рядом интегративных для большой группы свойств, является атипичной (длительность существования, укоренённость в структуре и жизни общества, общность условий и форм жизнедеятельности; при этом наряду с личностной субъектностью представителей группы – групповая субъектность осуществляется только на уровне дискурса, имеет место дивергенция группового сознания, групповая диффузия, конфликт установок и т.д.). Интеллигенция – дискурсивная общность. Интеллигенция как групповой субъект существует только в процессе этого разговора, дискурса. Основным фактором, обусловливающим групповую идентичность интеллигенции (осознание участниками своей принадлежности к группе, самокатегоризация в качестве ее представителей) является дискурс об идентичности. При этом формация интеллигенции обладает эмерджентными по отношению к совокупности индивидов свойствами, игнорирующими индивидуальные положительные характеристики, приписываемые интеллигентам (это находит отражение в социальных представлениях об интеллигенции).
Структура интеллигентского сознания имеет уровневое строение, которое, как и любая система, имеет разные уровни организации: концептуальный (уровень системообразующего свойства); структурный (уровень системообразующего отношения); субстратный (уровень элементов системы). Нашу модель структуры интеллигентского сознания можно назвать метафорической, поскольку уровень элементов системы выполняют уже не психологические феномены, а их проявления, реализации «возможные миры» на уровне культуры, общества и истории.
Уровень системообразующих свойств – это смыслосфера интеллигентского сознания, которая, в свою очередь, также имеет уровневое строение и может быть представлена в категориях, отражающих «наиболее существенные закономерные связи и отношения реальности»: ценности, познание, бытие, социальность. Базовый уровень интеллигентского сознания составляют свойства, не только образующие существо человеческой жизни, но и послужившие основой для разделов философии – онтология, гносеология, аксиология. Поэтому базовые слои интеллигентского сознания мы обозначим как аксиологический, онтологический, гносеологический исоциологический слой. Последний мог бы рассматриваться, как часть онтологического, предметно-деятельностного. Но в нашей модели онтология интеллигентского сознания представлена Пространством-Временем (в вариантах стратегий развития общества). А слой социальности раскрывает взаимоотношения интеллигенции с такими субъектами общественной жизни, как Власть и Народ. Базовый уровень интеллигентского сознания, смыслосфера, формируется за недолгий период времени – начало-середина XIX века, но она остается неизменной как в категориях, так и в оппозициях, их образующих. Таким образом, интеллигентское сознание константно по набору смыслов, но динамично по процессам образования и актуализации значений. Со-значения, как образующие интеллигентское сознание, постоянны и изменчивы одновременно на протяжении всей истории этой группы – от зарождения до настоящего времени, и именно это и определяет системообразующее отношение сознания интеллигенции.  
Уровень системообразующего отношения – раздвоенность, дизъюнкции и конфликт сознания, и в то же время – попытка к осуществлению диалога, поиск объединяющих психологических ресурсов. Этот уровень представлен со-значениями / антиномиями, исходящими как возможные варианты мысли и действия из этих базовых составляющих: культура и цивилизация, хронотоп, реальность и миф, эволюционизм и революционизм, модернизм и традиционализм и т.д. Мы отмечали, что большинство авторов, пишущих об интеллигенции, отмечают или раздвоенность сознания, или противоположную направленность ееактивности. И.В.Кондаков отмечает, что «проступающий в “двойном сознании” русской интеллигенции дуализм – это не дуализм субъекта и объекта, не дуализм двух противоположных начал в объекте (“добра и зла, духа и материи”)» [4, с.450], но «дуализм самого познающего субъекта, раздвоен сам субъект, его этос» [5, с.72]. Антиномии, конечно, противоположны, но каждая из них не исключает полностью другую из противоположностей, они именно могут и должны рассматриваться только в паре, ибо любой из осуществленных выборов содержит в себе неявное присутствие другой возможности. Мы полагаем, что именно поверх всех «разрывов» образуется слой духовной культуры, поддерживающий уже не только интеллигенцию, но всю русскую культуру. Крайне сложно (невозможно) [cenzored]изировать каждый уровень, или слой уровня изолированно от других элементов системы. Антиномия культуры и цивилизации (аксиологический слой) относит нас к антиномиям и онтологического слоя (причем в обоих фреймах – и пространства и времени, где одновременно присутствуют как возможности и открытость и закрытость, и Запад и Восток и т.д.) и гносеологического (где и миф и реальность – не только выбор, но выбор во взаимосвязи со своей противоположностью). Все эти линии крайне необходимы для культурного развития, одна олицетворяет тенденцию самосохранения культуры, другая – тенденцию изменений. Их взимодополнительность обеспечивает как самотождественность национальной культуры, так и ее развитие.
Но, как мы уже сказали, даже учитывая сверхсвязность всех слоев и уровней, мы не можем уйти от дивергенции самого сознания интеллигенции. И полагаем, что базовый конфликт интеллигентского сознания, в котором решается вопрос о базовом доверии/недоверии миру и себе связан с доверием/недоверием собственной культуре.
Кентавризм, свойственный русскому национальному характеру в целом, «антиномичность России, жуткая ее противоречивость» наиболее развернуто была описана Н.А. Бердяевым в разгар первой мировой войны и накануне революции 1917 года: «Россия – самая безгосударственная, самая анархическая страна в мире» и она же – «самая государственная и самая бюрократическая страна в мире; все в России превращается в орудие политики»; это «самая нешовинистическая страна в мире» и в то же самое время «национален в России именно еесверхнационализм, ее свобода от национализма», – поэтому-то «Россия – самая националистическая страна в мире, страна невиданных эксцессов национализма, угнетения подвластных национальностей русификацией, страна национального бахвальства»; «Россия – страна бесконечной свободы и духовных далей, страна странников, скитальцев и искателей, страна мятежная и жуткая в своей стихийности, в своем народном дионисизме, не желающем знать формы», но одновременно она – «страна неслыханного сервилизма и жуткой покорности, страна, лишенная сознания прав личности и не защищающая достоинства личности, страна инертного консерватизма, порабощения религиозной жизни государством, страна крепкого быта и тяжелой плоти» [1,с.11,13,15,16,21].
Бердяев отмечает и дизъюнктивность как принципиальное свойство русского духа – отсутствие середины в отношениях между полюсами. Противоположности встречаются и в других культурах, «но только в России тезис оборачивается антитезисом, бюрократическая государственность рождается из анархизма, рабство рождается из свободы, крайний национализм из сверхрационализма» [1, с.23]. Свидетельством справедливости слов Н.А. Бердяева служит как «знаменитая непредсказуемость российской истории», так и ее «не менее заметная повторяемость – свойства, проявляющиеся в невиданных – по сравнению с другими странами и народами - масштабах» [4, с.51].
Образ кентавра применительно к России впервые употребил русский мыслитель Г.П. Федотов в 1927 г. Присутствие кентавра ощущается в русской истории и в русской культуре: с одной стороны «белый образ Руси, оцерковленный и вознесенный в непосредственную близость «Небесной Жены»», с другой – кровавый образ «грядущей революции», «начало высоких и мятежных дней». Один полюс – это «мирная лира», сзывающая на братский пир»; противоположный – «страсть разрушения», «начала хаоса, распада», «подземный гул», предвещающий «обвал ненавистного буржуазного мира» и «крушение гуманизма» [7, с.120–122].
Современный исследователь «национальных образов мира» – Г.Д. Гачев также наглядно раскрывает многочисленные неразрешимые противоречия русской жизни, отразившиеся в русской культуре: потенции ренессансно-титанической личности и прозаическая судьба частного индивида, «маленького человека», беззащитного перед лицом всесильного деспотического государства; «конечность официального целого и бесконечность народного целого», несовместимые между собой; личность, никогда в России не достигающая самоопределения, и торжество «великой, сверхличной идеи, идеала общественного устройства»; невыразимость явлений русской жизни и движений русской души «в формах рационалистической формальной логики», «средствами ума», отвлеченно-теоретической мысли и возможность ее освоения «средствами сердца, души», не исключающими ни христианско-религиозную идею, ни «языческое, полуфетишистское одушевление природы и всех вещей, суеверие и веру в приметы», вплоть до прямо иррационального, мистики… [2,с.64-69]. Иллюстрации противоречивости русской культуры можно продолжать. Остановимся пока на этом, поскольку указанные противоречия означивают перед нами еще одно противоречие. Интеллигенция, как «мыслящая субстанция» (термин В.А. Шкуратова [8] )России – плоть от плоти русской культуры, российского менталитета. И в то же время, не будем забывать, что это группа, которая была создана по образцу европейских образованных сословий, ее задача – просвещение народа, модернизация общества и адаптация западных моделей мышления и поведения на отечественной почве. По сути, одно противоречие «наложилось» на другое.
Уровень элементов системы выполняют тексты в самом широком смысле – и как собственно тексты, высказывания, и как поведение, деятельность, политика, искусство.
Каждая из категорий, определяющих один из слоев сознания, очень тесно взаимосвязана с другими, точно так же, как и подуровни (подкатегории) друг с другом. Например, одним из базовых слоев является онтологический, бытийный. И в то же время каждый из «текстов», находящихся на «периферии» данной структуры является текстом бытия, из бытия, о бытии интеллигенции в ее духовной жизни и во всех формах взаимодействия с окружающей реальностью. Гносеологический слой отражает не только отношение к миру, но и конструкционистские функции интеллигенции на уровне группового и массового сознания. И в то же время, исходя из самого определения понятия «интеллигенция» в самом первом варианте «интеллигенция – это божественный разум», ясно, что познание – это бытийное предназначение группы, ее мотивационное ядро.
Как мы сказали, ядром данной матрицы, порождающим все другие феномены, являются ценности, и соответственно – аксиологический слой сознания, и культура в самом широком смысле. Очевидно, что в соответствии с системообразующим отношением раздвоенности система ценностей, порождающая все последующие цепочки антиномий интеллигентского сознания связана с необходимостью выбора пути развития: это выбор между культурой и цивилизацией, и соответствующие им противоборствующие, но очевидно уравновешивающие друг друга полюса, на одном из которых (культура) – «почва»: религиозность, этатизм и консерватизм; на другом (цивилизация) – атеизм, радикализм, либерализм.
Ценности определяют гносеологическое отношение к объекту. Познание связано с разным отношением к миру и двумя разными картинами мира – реальность и миф. При этом реальность в «отражении» интеллигентским сознанием предстает с одной стороны как эсхатологическая, с другой как научная. Миф же строится как дизъюнкция уникальнойавтохтонности и европоцентричности.
Бытийный слой интеллигентского сознания, или онтологический уровень матрицы, сам по себе задан не противоположностями, но пересечениями осей – пространство и время, длящийся хронотоп, но далее эти категории определяются уже противоположностями. Время в сознании российской интеллигенции «длится» между модернизмом и традиционализмом, возможные механизмы осуществления в культуре – воспроизводство и инновации. Пространство – это даже не место, и не протяженность, это поиск своего места между Востоком и Западом; данная категория может характеризоваться замкнутостью и открытостью.
И, наконец, социологический уровень структуры интеллигентского сознания в содержательном отношении подразумевает стратегии развития общества (эволюционизм и революционизм). И, кроме того, еще одним уровнем в этой подструктуре смыслов интеллигентского сознания выступает бинарное отношение интеллигенции к другим агентам бытия – Народ и Власть.
Данная структура, как мы сказали, обладает стабильностью на глубинном уровне, уровне слоев сознания – бытия, ценностей, познания и социальности; но она же обладает динамикой, поскольку уровни со-значений и текстов – взаимодействуя с контекстом, каждый раз преподносят нам новуюпсихографию интеллигенции.

Литература:
1.   Бердяев Н.А. Судьба России. М., 1990.
2.   Гачев Г.Д. Образ в русской художественной культуре. М., 1981.
3.   Кольцова В.А. Особенности предметной области исторической психологии // Историческая психология: предмет, структура и методы. М., 2004.
4.   Кондаков И.В. Введение в историю русской культуры. М.: Аспект Пресс, 1997.
5.   Кормер В.Ф. Двойное сознание интеллигенции и псевдокультура // Вопросы философии, 1989. № 9. С.65-79.
6.   Лотман М.Ю. Интеллигенция и свобода (к [cenzored]изу интеллигентского дискурса) // Русская интеллигенция и западный интеллектуализм: история и типология. Материалы международной конференции, Неаполь, май 1997. Россия / Russia. Новая серия под ред. Н.Г. Охотина. Вып2. М.: О.Г.И., 1999.
7.   Федотов Г.П. На поле Куликовом. Париж, 1927.
8.   Шкуратов В.А. Интеллигенция в проекте современности // Логос, 2005, № 6. С.243-252.
« Последнее редактирование: 01 Февраль 2012, 21:59:38 от Вика_т »